В большом интервью изданию Metro англичанин поделился своими переживаниями и подробностями того, что с ним сейчас происходит. 

В последнее время многие болельщики могли обратить внимание на то, что Уилсон просто-напросто страдает, находясь у снукерного стола. Внезапно обнаружилась основная причина происходящего. Ею оказалась депрессия, которая лишает Гэри далеко не только желания играть в снукер.

Особо заметными проблемы стали во время турнира Championship League. Мы писали про инцидент, который произошёл в матче англичанина против Джона Хиггинса: тогда 35-летний полуфиналист чемпионата мира 2019 года допустил промах, после чего со всей силы ударил по шарам на столе. Такое проявление эмоций в общем-то никогда не было для Уилсона типичным, и в том числе поэтому вокруг этого случая было много разговоров.

Позже последовало несколько постов в Twitter, где Гэри вкратце объяснил своё поведение. Именно там впервые мелькнула ключевая фраза «feel depressed». Он также отметил, что извинился перед Хиггинсом за свой поступок.

Состояние Уилсона хоть и оставалось (да и остаётся) непростым, это не помешало ему сделать третий максимум в карьере в рамках турнира WST Pro Series на этой неделе. Портал metro.co.uk решил откровенно поговорить со спортсменом и разобраться, почему он оказался в этой сложной ситуации.

«Люди, которые меня знают, понимают, что я ни в коем случае не слабак, что я буду последним человеком, который станет кому-то ныть про свои чувства. Используя слово «депрессия», я употребляю его в самом полном и серьёзном смысле. Я уважаю тех людей, который смогли рассказать о такой проблеме в открытую, в том числе о том, как они себя чувствуют».

«Я не из тех, кто стал бы при любой неудаче говорить, что у меня депрессия. Я очень-очень долго думал обо всём этом. По жизни я стараюсь просто привыкнуть ко всему, но, возможно, это тоже часть проблемы – подавлять в себе эти вещи и думать что-то вроде: “Да ладно, это точно не про меня”. Мне кажется, что какое-то время я находился в состоянии отрицания. Но теперь я понимаю: со мной что-то не так и не надо стыдиться того, чтобы признаться в этом».

Как известно, депрессия может проявляться в разных формах. Что касается Гэри, то ему трудно находить желание что-то делать не только в плане снукера, но и в обыденной жизни в принципе.

«У меня нет мотивации ни для того, чтобы играть в снукер, ни для того, чтобы просто встать с постели. Мне сложно находить какие-то цели. Не знаю, что об этом сказали бы эксперты, но, по мне, это похоже на депрессию – то, что я сейчас переживаю».

Уилсон говорит, что чувство внутреннего дискомфорта появилось у него уже давно: дело в том, что он вместе со спутницей ведёт строительные работы в своём доме, и этот процесс влечёт за собой много проблем. Пара серьёзно взялась за дело в 2019 году. Ребята планировали закончить всё уже через полгода, однако прошло 18 месяцев, а ряд недоделок существует до сих пор. Это в итоге и стало причиной сильного стресса. Не последнюю роль здесь сыграл и локдаун.

«Все строительные работы в течение года идут очень напряжённо, у нас то и дело возникают какие-то проблемы. Мы потратили очень много денег, всё пошло не так, как мы планировали. Когда были ограничения из-за Covid-19, нам, разумеется, приходилось оставаться дома. Но вот только мы не чувствовали, что у нас вообще есть дом. Это было сложное время и для меня, и для моей девушки».

«Проект должен был быть завершён в течение четырёх, максимум пяти месяцев даже с учётом коронавируса, но всё это тянется до сих пор. Практически каждая комната перевёрнута вверх дном, и вот в такой обстановке мы живём уже полтора года. Конечно, в доме теперь можно жить, худшее позади, но осадок от этой ситуации остался. Только сейчас приходит понимание того, сколько сил мы на всё это потратили».

«Конечно, такой ход событий не помогает по части снукера ни в коей мере. Сейчас, когда практически все работы закончены, я подумал, мол, сколько ж внимания я этому всему уделял! И теперь меня ещё больше угнетает то, сколько времени я потратил впустую».

Стрессовое состояние постепенно всё больше и больше сказывалось на Уилсоне, и когда он осознал происходящее, проблема уже вышла за рамки беспокойства о доме – появились серьёзные последствия в плане психического здоровья.

«Мне сложно просто встать с кровати, я реально думаю: «А зачем?» В какой-то момент я понял, что так себя чувствовать – это ненормально, что-то со мной не так и нужно поговорить об этом с кем-то. В итоге я пообщался с человеком, который занимается спортивной психологией. Мы теперь периодически видимся. Мне было приятно поговорить с ним».

«Важно было дать окружающим людям знать о том, как я себя чувствую. Я даже написал об этом в твиттере. Сейчас мне нужно понять, что делать дальше, поскольку проблема существует и её нужно как-то решить. Разумеется, я говорил и со своей девушкой, и с родителями. У меня прекрасная семья, замечательные друзья – я знаю, что мне есть с кем поделиться переживаниями. Иногда даже просто тот факт, что люди тебя слышат и понимают, может реально помочь».

Апатия стала не единственным последствием стресса: Гэри говорит ещё и о значительной потере веса, что, конечно, тоже является тревожным звоночком.

«Я изначально сам по себе худой, а тут моя подруга как-то сказала, что я ещё больше похудел! По жизни я ем много, при этом остаюсь в хорошей физической форме – такой у меня метаболизм. Я даже когда-то принимал участие в марафоне “Great North Run”, пробежал дистанцию за 2 часа, хотя до этого сделал всего один тренировочный забег. Так вот, недавно я взвесился и обнаружил, что похудел более чем на 5 килограммов. Это очень странно».

Не может не радовать тот факт, что англичанин признал наличие проблемы, а также открыто о ней говорит. Он отмечает, что представители мира снукера помогают ему в сложившейся ситуации.

«Со мной поддерживает связь World Snooker, они уже предлагали свою помощь. В целом я не тороплюсь, стараюсь находить решение своих проблем постепенно. От кого-то я слышал, что важно проговаривать такие вещи, описывать свои ощущения, и в итоге это даст тебе возможность взглянуть на происходящее со стороны, а впоследствии и разобраться во всём».

«Я хочу не просто играть – я хочу играть, зарабатывать на этом и добиваться успехов. Хотя ещё совсем недавно даже думать не хотел о снукере из-за нынешнего уровня своей игры. Ты не ждёшь с нетерпением турниры, если не сможешь себя на них проявить. Ты ждёшь их тогда, когда у тебя хорошее самочувствие, когда тебе хочется продемонстрировать всё, что ты умеешь. К сожалению, пока для меня этот момент не настал».

«Впрочем, спорт – это дело такое, никогда не знаешь, как всё может повернуться. Иногда что-то появляется просто из ниоткуда, и всё внезапно начинает складываться удачно, ты в итоге проводишь отличный сезон. Сколько бы времени этот процесс ни занял у меня, я буду делать всё, что в моих силах. Буду стараться сохранять позитив и абстрагироваться от чрезмерного влияния каких-то вещей. Со временем я выберусь из этого неприятного положения. А там видно будет».

По материалам metro.co.uk